Николай Николаев: «Возведение моста через Волгу изменит регион к лучшему»

Строительство третьего пускового комплекса мостового перехода через Волгу уже реальность, на прошлой неделе подрядчик приступил к работам. Новый дорожный объект соединит мосты через Волгу и Ахтубу. Важную инфраструктурную стройку контролируют органы власти, депутаты, общественники и рядовые жители. О том, как сооружение изменит жизнь целой области, в интервью «Волгоградской правде» рассказал депутат Госдумы, председатель парламентского комитета по ресурсам, собственности и земельным отношениям Николай Николаев.

  Новый Шелковый путь   

– Николай Петрович, волгоградцы много лет ждали разрешения транспортной проблемы на этом участке, так как многие волжане и жители Среднеахтубинского района работают в Волгограде. Как все-таки удалось убедить федеральный центр поддержать этот проект?

 – Особых убеждений и не потребовалось. Министерство природных ресурсов прежде всего смотрит на то, насколько соблюдено федеральное законодательство при проектировании, если вопросов нет, ведомство согласовывает проект. Полученное одобрение означает только одно: все действия, связанные с новым объектом, соответствуют природоохранному законодательству. А оно у нас, замечу, очень жесткое. И решение министерства очень важно и показательно с точки зрения чистоты дорожного проекта.  К слову, бывая в Волгоградской области, я не раз спрашивал у людей: как они относятся к мостовому переходу и что думают, если реализацию проекта отложить еще на год-два. Мнения разные, что естественно, но в большинстве своем люди ратуют за скорейшее строительство.  

– Какие проблемы поможет решить новая магистраль? Она изменит качество жизни людей?   

– Здесь есть несколько аспектов. Первое – машины перестанут стоять в пробках. Второе – повысится безопасность дорожного движения. Испытал на себе: когда грузовик обгоняет на этом узком участке другой автомобиль, риск аварии очень высокий. И это подтверждается статистикой. Ежегодно на действующей трассе в ДТП в среднем гибнут 5-6 человек и получают травмы порядка 50, среди них дети. Любое промедление в строительстве третьей очереди мостового перехода увеличивает число погибших и раненых. Мы прежде всего об этом должны думать, о человеческих жизнях.

Третий аспект – вывод транзита за пределы населенных пунктов улучшит экологическую обстановку для жителей этой части Среднеахтубинского района. Сейчас они дышат загазованным воздухом. Существующая магистраль рассчитана на 6 тысяч машин в сутки, а проезжает по ней почти 40 тысяч. И понятно, что транспортный поток будет увеличиваться дальше.   

– Как новая дорога скажется на региональной экономике?  

– Волгоград – стратегически важный транспортный узел, он всегда был центром пересечения многих дорог. Наличие такой новой трассы, которая соединяет регионы, важно не только для Волгоградской области, но и в целом для страны. Это, безусловно, возможность для развития и территорий, и бизнеса.  А еще возводимый участок – одно из ответвлений нового Шелкового пути, что открывает  новые перспективы для Волгоградского региона в целом и экономики в частности.  

Экологичность как приоритет  

– Волгоградцы с трепетом относятся к Волго-Ахтубинской пойме, это такая же визитная карточка региона, как и Мамаев курган. Пойма – это охраняемая территория, строительство трассы активно обсуждали именно с точки зрения экологической составляющей. Насколько тщательно проводятся экологические экспертизы таких проектов?   

– Вся процедура прописана в законодательстве, и как-то сгладить определенные моменты или даже подтасовать оценки, заключения невозможно. Более того, информация по стройке открыта, результаты экологической экспертизы можно найти на сайте ведомства. Это публичный документ.  В таких вопросах я привык руководствоваться законодательством, мнениями экспертов, официальными документами. Все это у проекта есть.   

– Почему другие варианты строительства трассы были отклонены? В чем преимущества утвержденного проекта?  

– Давайте сразу обозначим: речь идет о крупном современном проекте. Его цель, как и любого другого инфраструктурного объекта, – создать благоприятные условия для жизни людей. Но при этом улучшить и экологическую ситуацию, которая оставалась запущенной на протяжении многих лет. Неслучайно в проекте делается упор и на экологическую составляющую. В частности, предусмотрены не только мостовые переходы, но и водопропускные трубы для передвижения животных, а также для обводнения поймы. Ну и, конечно, заложены компенсационные высадки, очистка вод. Мне кажется, альтернатив здесь быть не может.   

– Строительство дороги в пойме обросло домыслами и откровенными фейками. В частности, противники строительства используют неверные изображения трассировки, чтобы многократно преувеличить масштаб вырубок деревьев в зоне сооружения. Вы лично изучили проект, расскажите, каким на самом деле будет экологический след сооружения?  

– К сожалению, мы видим достаточно много спекуляций на эту тему. А ведь все варианты просчитаны, обсуждены. И каждый затрагивает лесные насаждения, предполагает определенную вырубку. Но выбранный – это как раз проект минимального воздействия на природную среду. Кроме того, предусмотрены большие работы по лесовосстановлению. Так что подход к строительству нового объекта весьма серьезный.  

Что стоит за протестами  

– Говорят, что противники трассы преследуют на самом деле личные или даже политические интересы, что вы об этом думаете?  

– Глобальный проект всегда притягивает внимание. Одни пользуясь случаем собираются на волне хайпа сделать политическую карьеру, другие – отстоять личные интересы, цель у каждого своя. И такая ситуация не нова.  Я беседовал с оппонентами одобренного варианта строительства мостового перехода. И задавал вопросы – насколько они воспользовались своими правами, ведь в соответствии с федеральным законодательством у противников проекта была возможность инициировать общественную экологическую экспертизу.

Занимаясь вопросами градостроительства и землепользования, знаю, что есть прецеденты, когда не согласные с государственной экспертизой подавали в суд и именно он решал судьбу вопроса. Раз не сделали ничего из этого, значит, не надо, неинтересно, значит, основная задача протеста – свои интересы и пиар. И уже известно, что, как минимум, двое из основной группы оппонентов подались на выборы.   И зашумят новые дубравы  

– Сколько деревьев посадят взамен вырубленных и какие гарантии, что все они приживутся?  

– По плану появится в 10 раз больше деревьев, чем придется срубить: это более 200 тысяч различных новых зеленых насаждений. Я вчера посещал питомники – там уже есть двух- и трехлетние дубы, которые готовы к высадке. Как мы знаем, лесовосстановление будет идти параллельно со строительством. Чтобы растения прижились, в первый год за ними будет ухаживать подрядчик. Затем эта обязанность перейдет лесничеству.  

Однако надо учитывать и другой момент. Волго-Ахтубинская пойма – уникальная территория, а лесовосстановление – лишь одно из мероприятий. Но есть и планы по высадке деревьев еще на площади более 220 га – сегодня это пустые земли. Об этом тоже надо говорить. Есть еще один потрясающий глобальный проект – обводнение поймы. Но он не будет столь успешным, как хотелось бы, если останется старая дорога…

Поэтому если мы действительно беспокоимся об окружающей среде, природе региона, то надо смотреть шире на то, что делается и областными властями, и федерацией для сохранения Волго-Ахтубинской поймы.   

– Строительство магистрали будут контролировать общественники, депутаты, местные жители?     

– Процесс должен быть максимально открытым, публичным, чтобы всегда имелась возможность поинтересоваться ходом строительства. Да, есть парламентский контроль, и уверен, что депутаты Госдумы, заксобрания области станут принимать участие в этом. Но должна сыграть роль и научная общественность, а также местные жители. И именно от них в первую очередь должны исходить инициатива, а регион готов к такой работе и совместному всестороннему контролю.

Источник: vpravda.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три + 17 =